Мефистофель у Гете – авторитет хороший – говорит об этом почти то же, что высказывал я и раньше: "попробуй только презирать разум и науку, высшие дары человека, и ты отдашься в руки дьяволу и принужден будешь погибнуть"182.
В действительности, как нравственной, так и
148
материальной, господствуют законы. Ни одному разумному человеку не придет в голову сомневаться в значении законов природы, оспаривать их и ставить на их место лишь личные мнения и чувства. Такого же признания заслуживает и требует также нравственный мир или государство, как законный, живой, исторический порядок вещей, ведущий свое начало не с сегодняшнего дня или созданный не сегодня утром, а коренящийся в прошедшем и повинующийся законам развития, которые нужно познавать и понимать, чтобы изменять их согласно истинным потребностям настоящего. Государство есть царство свободы, а не произвола. Где царствует законность, там есть разумность, разум, который можно и должно познать. Нет более безумного и ложного предприятия, как желание заменить политическое знание и науку так называемою любовью к народу. "Итак, закон есть шиболет, благодаря которому можно различить ложных братьев и друзей так называемого народа".
Так как только закон имеет в мире стойкое пребывание и действительность, и в то же время есть нечто разумное, разум, который мы можем и должны познать, то поэтому Гегель отожествляет действительность и разум и, выражаясь коротко, говорит: "Все действительное разумно, и все разумное действительно". Это изречение его наиболее отпугивает всех, сбивает с толку и вызывает множество нападок, несмотря на то, что это положение само собою понятно, если обратить внимание на предшествующие и следующие за ним слова. В философии издавна много говорилось "об истинно действительном", а потому следовало бы знать, что существует и не истинно действительное, ложная действительность, к области которой, напр., относятся зло, глупые мнения, жалкие стремления и т. д.
Бекон назвал истину дочерью времени, а свою собственную философию лучшим продуктом времени. "Как всякий человек есть сын своего времени", – говорит Гегель, – "так и философия есть современная ей эпоха, выраженная в мыслях". Никто не может стать выше своего времени; настоящее есть арена и предмет нашей деятельности; также и к философии приложимы слова: "hic Rhodus, hic saltus". Разум, как философия, и разум, как наличная действительность, конечно, не составляют простого равенства, так как наличные состояния духа во многих отношениях подавлены, связаны и несвободны. В своем свободном философском